Российская ассоциация историков Первой мировой войны

Гужва Д.Г. ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОТИВОБОРСТВО ЗА ВЛИЯНИЕ В РУССКОЙ АРМИИ (ПО МАТЕРИАЛАМ ВОЕННОЙ ПЕЧАТИ 1917-1918 гг.) // Военно-исторический журнал. – № 1. – 2008. – С. 47-50.

 

Первая мировая война явилась переломным этапом и испытанием для всех политических  партий. У каждой партии, борющейся за власть — две главные заповеди: завоевание на свою сторону народа и обеспечение поддержки армии. Победу обычно одерживают те, которым удается соблюсти оба условия. В России за армию в годы войны в той или иной мере боролись почти все партии. Это была одна из важнейших форм классовой борьбы.  После Февральской революции борьба за влияние в армии развернулась как на фронте, так и в тылу. Классовый характер партий подсказывал, где, среди каких категорий  военнослужащих они могут добиться успе­ха, куда им необходимо направить свои главные усилия.

Конституционно-демократическая партия (кадеты) свое основное внимание сосредоточила на 100-тысячном офицерском корпусе, а точнее, на высшем и среднемвоенном чиновничестве.Это совсем не означало, что онине пытались привлечь на свою сторонунижних чинов. Но здесь они в меньшей степени могли рассчитывать на успех. Мелкобуржуазным партиям – эсерам и меньшевикам –  не приходилось рассчитывать на понима­ние со стороны генералитета и офицеров. Объектом их пропаганды были унтер-офицерыи нижние чины. Социал-демократы (большевики) свое внимание сосредоточили нанижних чинах –  основе русской армии.    

В начале войны в армию было мобилизовано 15 миллионов человек –   47,4 % всего трудоспособного мужского населения[1]. Русская армия в своем подавляющем большинстве состояла из крестьян.

После Февральской революции, для завоевания армии, все крупные партии создали на фронте и в тылу свои партийные организации, которые проводили митинги и распространяли среди солдат и офицеров свою печатную продукцию.

Эсеры   и   меньшевики  в   борьбе   за привлечение на свою сторонуармии использовали военные отделы Советов. На фронтехали их представители, направлялось большое количество партийной литературы.    С марта по август 1917 г. на фронт было послано более 2270 тыс. экземпляров газет («Известия», «Дело   народа», «Рабочая газета»,«Голос солдата»), 1500 тысяч экземпляров воззваний и около 550 тысяч экземпляровброшюр[2].

Большевики прекрасно понимали значение привлечения на свою сторону армейских частей. Имея опыт военно-боевой работы, социалисты  широко его использовали. Важ­ной формой агитационной работы в армии была печатная пропаганда: выпуск прокламаций и брошюр. Ленинцыобращались к солдатам со специальными листовками,вы­пущенные к важным историческим событиям — к годовщи­нам «Кровавого воскресенья» 9 Января, Ленского расстрела, 1 Мая. Листовки не требовали сложной типографической техники, могли издаваться при сравнительно небольших материальных затратах. Немаловажным обстоятельством являлось то, что выпускать их можно было быстрее, а распространять проще, нежели газеты или журналы. За годы войны большевикам удалось выпустить более 600 различных листовок общим тиражом около 2 миллионов экземпляров[3].   

Написанные доступным языком, призывавшие к революционным выступлениям и протестовавшие против войны, большевистские прокламации распространялись на фронте и в тылу самыми различными путями: через членов партии, имевших связи с солдатами запасных частей; через мобилизованных в армию большевиков и ра­бочих; через солдат-отпускников; листовки вкладывались в газеты и журналы, которые доставлялись в армию. Ране­нные солдаты в военных госпиталях и лазаретах снабжались книгами и брошюрами революционного содержания.

Ставка с самого начала войны старалась воспрепятствовать проникновению революционной пропаганды в армию. В декабре 1914 года в телеграмме начальнику штаба 1-й армии от начальника штаба главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта сообщалось, что «по полученным агентурным сведениям, так называемые пацифистские общества наряду с революционными кружками стремятся использовать в больших размахах доставку органов печати в действующую армию, госпитали и лазареты, а также в эшелоны с войсками, в целях распространения революционных и пацифистских воззваний путем вкладывания таковых в газеты и журналы. Главнокомандующий приказал предупредить штабы армий, чтобы в войска не пропускали ни какие издания, исходящие от общества «Мир» и ему подобных пацифистских организаций»[4]

В январе 1915 года в телеграмме Главного управления почт и телеграфов в адрес начальников почтово-телеграфных округов говорилось, что «по имеющимся в Главном управлении сведеньям, проживающие в России агитаторы различных политических партий стремятся распространять в действующей армии воззвания, призывающие войска воспользоваться своими победами над мировым врагом и предъявить русскому правительству требования осуществления основных идеалов, проповедуемых революционными партиями. Воззвания эти рассылаются ими по почте в посылках лицам, находящимся в действующей армии, причем сами посылки отправляются с соблюдением всех мер предосторожности, как-то: в ящиках с двойным дном, под подкладкой одежды и т.д.»[5]. Ввиду этого предлагалось немедленно распорядиться, чтобы при приеме на почту посылок на имя лиц, находящихся в действующей армии осмотр вложений этих посылок производился вполне благонадежными чинами и притом самым тщательным образом.

После Февральской революции у большинства политических партий  появились свои легальные повременные издания, среди которых имелись и военные газеты. Так, «Голос солдата» являлся эсеро-меньшевистским органом печати, «Война и мир» - кадетским, а социал-демократы издавали «Солдатскую правду», «Окопную правду», «Рабочий и солдат», «Солдат» и т.д.[6]. К осени 1917 г. в стране выходило 15 большевистских военных газет[7]. Среди них была и периодика, издававшаяся непосредственно в районе боевых действий: «Красное знамя», газета Военной организации комитета РСДРП(б) 8-й армии Юго-Западного фронта, «Правда гренадерская», газета Военной организации комитета РСДРП(б) 11-й армии Юго-Западного фронта, «Солдатская мысль», орган полкового комитета 49-го полка и т.д.[8].

Большевистская военная печать разъясняла своим читателям смысл лозунгов партии,  характер войны, пути выхода из нее, доказывала необходимость братания солдат на фронте, давала обзор издававшейся литературы и т.д. Между социал-демократической газетой и читателем  установилась тесная взаимосвязь. Так, «Солдатская правда» в целях привлечения к сотрудничеству даже поместила в ряде номеров специальное обращение «Как писать в газету». В нем давались рекомендации, как правильно написать заметку, зарисовку, письмо. «Помогайте ей (газете) материалом, пишите письма, присылайте наказы, постановления… держите с ней (газетой) самую тесную связь»[9].    

Заботясь о политическом ликбезе среди солдат, издание печатало списки рекомендуемой литературы по разделам: политическая экономика, капитализм, социализм, политическая борьба. В ряде номеров на последних страницах газеты давалось объяснение таким незнакомым словам для нижних чинов, как «конституция», «аннексия», «коалиционное правительство», «контрибуция». Исключительно большое значение для воздействия на солдатские массы имела публикация писем читателей и ответов на них редакции газеты.  

Чтобы ситуация не вышла из-под контроля, Временное правительство и военное командование пытались воспрепятствовать нарастанию революционной пропаганды в действующей армии.  В марте 1917 года Временным правительством было принято постановление, дававшее право командующим армиям удалять с театра военных действий лиц, «агитирующих за заключение сепаратного мира»[10]. В мае военный и морской министр А.Ф. Керенский подписал распоряжение о немедленном и как можно большем распространении в действующей армии летучек, воззваний с разъяснением взглядов и действий Временного правительства[11]. А в июне в телеграмме к А.Ф. Керенскому Верховный Главнокомандующий А.А. Брусилов просил признать «…пропаганду ленинцев и большевиков преступной и за проповедь их идей карать, как за государственную измену»[12]

Временное правительство пошло на это, предоставив военному министру и министру внутренних дел полномочия для закрытия повременных изданий, призывающих к окончанию войны, неповиновению начальникам, к свержению Временного правительства, а редакторов этих газет привлекать к судебной ответственности[13]. В соответствии с этим решением был издан приказ военного министра, вменявший в обязанности всем начальникам и комиссарам Временного правительства в действующей армии тщательно следить за распространением подобных газет, а в случае появления немедленно выходить с ходатайством о закрытии этих органов. Одновременно сообщалось о том, что есть распоряжение о закрытии газет «Правда», «Солдатская правда» и «Окопная правда»[14]. Министерство связи телеграфировало, что «по распоряжению минпочты, поступающие в полевые учреждения газеты  «Правда», «Солдатская правда» и «Окопная правда» подлежат задержанию и уничтожению»[15]

В августе из Ставки в адрес главнокомандующего Северным фронтом был направлен приказ «… представить к прекращению на фронте всех изданий большевистского направления»[16]. В ответ на это социал-демократы прибегли к старому приему оппозиционной прессы: печатный орган вновь воскресал под иным названием. Так, «Солдатская правда» за одиннадцать месяцев своего существования трижды меняла свое название («Рабочий и солдат», «Солдат»), а «Окопная правда»  –  дважды («Окопный набат»)[17].    

Одновременно с принятием законодательных решений о противодействии социал-демократической прессе, официальные фронтовые и армейские газеты стали публиковали материалы пропагандистского характера, направленные на дискредитацию большевистского руководства и искоренения их  пропаганды. Так, печатный орган Северо-Западного фронта опубликовал перепечатку из газеты «Свободный народ» – «Бегство Ленина», в котором будущий вождь пролетарской революции разоблачался как немецкий шпион. В материале выражалась уверенность, что, несмотря на то, что Ленин скрылся от правосудия, «его сподвижникам не удаться бежать, и все они до одного предстанут перед гласным народным судом»[18].

Печатный орган штаба 2-й армии напечатал две заметки под общим заголовком «Итоги большевистской пропаганды», в которых рассказывалось о суде над нижними чинами Особой армии, отказавшихся выполнять «не только боевые, но и всякие приказы, так как не знают целей войны». Согласно приговору суда все они были сосланы на каторжные работы на разные сроки[19].      

Эсеро-меньшевистская военная газета «Голос солдата» неоднократно публиковала на своих полосах резолюции, осуждающие такие позорные армейские явления, как братание, дезертирство, отказ выполнять боевые приказы и т.д[20]. В августе, в этом же издании, была напечатана заметка «Суд над «правдистами» Особой армии», в которой рассказывалось о суде над 44 солдатами-большевиками, отказавшихся выполнять боевой приказ. По словам свидетелей «сильное влияние на бунтовщиков имела газета «Правда», которой они отдавали преимущество перед всеми другими газетами»[21].

В воззвании исполнительных комитетов Всероссийского союза рабочих и солдатских депутатов и Всероссийского съезда крестьянских депутатов в преддверии июньского наступления говорилось, «есть газеты, которые своими статьями и воззваниями рождают смущения в среде тех, кто спешит на помощь армии, и ослабляют их порыв к поддержке революционных солдат Юго-Западного фронта. Эти газеты, как бы они ни назывались – «Правда» ли, «Солдатская правда» – идут вразрез с ясно выраженной волей рабочих, крестьян и солдат…»[22].  

Впрочем, борьба с революционной пропагандой, в частности с печатью, велась не только официальными (законными), но и неофициальными (незаконными) методами. В некоторых гарнизонах офицеры скупали «Солдатскую правду» у газетчиков оптом и уничтожали. Были случаи, когда газетчиков арестовывали[23]. Распространитель с Северного фронта сообщал, что его преследовал конвой, угрожал оружием, и, в конце концов, предложил немедленно покинуть Гапсальский гарнизон[24]

В некоторых частях «Солдатская правда» просто запрещалась для чтения, а за нарушение запрета виновный строго наказывался. Так, 25 апреля 1917 года дежурный по батальону гренадерского полка прапорщик                    П. Шарковский запретил продавать «Солдатскую правду» и реквизировал около 1000 экземпляров. Солдаты вступились за распространителя, после чего дежурный вернул часть газет, а вторую половину сжег[25]. В мае на редакцию газеты был совершен налет, результатом которого стал поджог учреждения. В итоге было уничтожено более 40000 экземпляров газеты[26].

Однако, несмотря на все репрессии против социал-демократической пропаганды, большевики продолжали работу в армии, а их печать продолжала регулярно попадать в войска.

Очередным противостоянием сторонников и противников продолжения войны до победного конца стало июньское наступление 1917 года. Получив поддержку от I-го съезда Советов, Временное правительство приняло решение о наступлении. Для поднятия воинского духа в армии, правительство мобилизовало все имевшиеся у него ресурсы. В этом ему активно помогали меньшевики и эсеры. В преддверии июньского наступления в соединения и части Юго-Западного фронта было выслано по 15 тысяч экземпляров газет «Известия» и «Голос солдата»[27]. В этот же период в части Юго-Западного фронта была направлена телеграмма Московского Совета рабочих депутатов, в которой сообщалось о бесплатной раздаче в войсках фронта изданий Совета. Для этих целей планировалось задействовать фронтовые комитеты[28]

Однако уже 26 июня председатель культурно-просветительской комиссии армейского комитета 7-й армии сообщал председателю культурно-просветительской комиссии комитета фронта, что в последнее время газеты «Голос солдата» и «Известия Совета солдатских и рабочих депутатов» приходят с опозданием. Далее сообщалось, что «устаревшие газеты читаются очень неохотно, тем более в настоящее время». В заключение автор просил обратить на данный факт особое внимание и просил присылать периодику  вовремя[29].  

Большевистская же печать открыто выступала против планирующегося наступления. Так, «Окопная правда» писала: «Наступление чревато величайшими опасностями. Оно может передать власть усмирителям революции, может принести развал фронта, но в пользу революции оно ничего дать не может, при условии захватнического характера войны»[30]. «Наступление в данный момент может вестись только в интересах  буржуазии, - вторила ей «Солдатская правда». Мы протестуем против народнической и меньшевистской политики соглашения с буржуазией. Мы требуем опубликования тайных переговоров. Мы требуем передачи всей власти в руки Советов»[31].

Социал-демократы призывали солдат к организованному отказу от наступления. Они утверждали, что рабочие и крестьяне в солдатских шинелях должны открыто обсудить вопрос о наступлении на собраниях и вынести резолюции протеста против продолжения войны. Эти призывы не остались без внимания и получили поддержку у значительной части солдат.

24 июня начальник штаба Верховного Главнокомандующего генерал-лейтенант А.И. Деникин докладывал «Верховному» А.А. Брусилову об отрицательном отношении к предстоящему наступлению многих солдат 10-й и 12-й армий. В рапорте он сообщал о неподчинении в частях 10-й армии, о том, что приказание занять исходное положение не было выполнено одиннадцатью полками из трех корпусов этой армии. По мнению А.И. Деникина, «неподчинение солдат объяснялось влиянием большевистской агитации»[32].    

Комитет 11-й армии просил «ввиду наводнения большевистской литературой частей 6-го и 49-го армейского корпуса, спешно направить больше здоровой литературы и газет в эти корпуса, которые пока вполне боеспособны, но под влиянием этих газет начинают разолгаться»[33].     

Другой проблемой в деле разложения русской армии была внешняя пропаганда, активно проводившаяся кайзеровскими войсками. Неоднократно с фронта поступали сведения, что газеты «Неделя», «Новости», «Русский вестник» и прокламации подносятся ночью немецкими разведчиками к нашим проволочным заграждениям и оставляются на видном месте или  перебрасываются в окопы[34].

Русская военная периодическая печать как могла проводила разъяснительную работу в этом направлении, объясняя своим читателям, что немцы, будучи нашими врагами, не могут быть одновременно нашими друзьями. При этом нередко проводилась аналогия с большевистскими изданиями, что, в свою очередь подтверждало версию, что Ленин является немецким шпионом.  

Активною разъяснительную работу на фронте против внешней пропаганды противника вели и общественные организации, такие, например, как Петроградский Совет офицерских депутатов, который в августе           1917 года направил письмо начальнику штаба 1-й армии с просьбой о выселке «отдельных экземпляров всех газет, брошюр и журналов, распространяемых противником (особенно немцами)…». Данные издания необходимы были комитету «с целью противодействия тлетворному влиянию на солдатские массы»[35].  

Возможности армейской прессы в деле противостояния внешней и внутренней пропаганде довольно точно охарактеризовал в своем докладе второй генерал-квартирмейстер штаба ВГК генерал-майор С.Л. Марков на состоявшемся в мае 1917 года при Ставке ВКГ совещания редакторов военных газет: «за последнее время к разрушительной работе некоторых органов отечественной печати прибавилась еще более растлевающая работа газет, издающихся германцами… с технической стороны безукоризненно. Солдаты жадно поглощают эту отравленную литературу; в противовес ей войсковые штабы могут распространять, и то в весьма ограниченных размерах, только маленькие, бедные содержанием листки. До настоящего времени армейская газета существует случайно, работников почти нет, печатается она из милости. Руководители – лица, оторванные от другого дела, редко сведущие и опытные». Он констатировал, что «необходима полная реорганизация печатного дела в армии. Лишь при создании особых редакций газет возможна борьба армейской печати с разрушительной пропагандой крайних течений, только при этих условиях армейские газеты смогут печататься и в большем количестве экземпляров и в большем объеме»[36].     

Мнение С.Л. Марков полностью разделял в своих мемуарах  генерал А.И. Деникин: «в армии существовала и военная печать. Возникшие и раньше, до революции, органы фронтовых и армейских штабов имели характер чисто военных бюллетеней. Со времени революции газеты эти своими слабыми литературными силами начали добросовестно, честно, но неталантливо вести борьбу за сохранение армии. Встречая равнодушие или озлобление со стороны солдат, уже отвернувшихся от офицерства, они начали мало-помалу хиреть и замирать, пока, наконец, в начале августа приказом Керенского не были закрыты вовсе; исключительное право издания армейской печати было передано фронтовым и армейским комитетам…»[37].

Таким образом, видно, что на протяжении Первой мировой войны правительственная и социал-демократическая печать находилась в постоянном противоборстве. Изначально правительству удавалось бороться с большевистской пропагандой в армии, используя при этом законодательную базу, армейскую печать и цензуру. Однако после Февральской революции, когда было заявлено о свободе слова и социалистическая печать, выйдя из подполья, стала не только легальной, но и насыщенной по информационному материалу и количеству экземпляров, бороть с ней становилось все сложнее, а на заключительном этапе войны эта борьба вообще была сведена к нулю.

 



[1]Капшуков С.Г.Борьба большевистской партии за армию в период Первой мировой   войны.  М., 1957. С. 17.

[2]Голуб П.А.  Партия, армия и революция. М., 1967. С. 54.

[3]Бережной А.Ф. Русская легальная печать в годы Первой мировой войны. Л., 1975. С. 43.

[4]Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 2106. Оп. 1. Д.1003. Л.10.

[5]Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф.1234. Оп. 1. Д. 655. Л. 5.

[6]Большевистская периодическая печать. 1900–1917. Библиографический  указатель.  М.,1964.

[7]Сарин О.Л., Чачух  М.Ю. Спутник военного журналиста. М., 1990. С. 198.

[8]Большевистская периодическая печать. 1900–1917. Библиографический указатель.         С. 164; 176; 193.    

[9]Солдатская правда.1917 год. № 4.

[10]ГАРФ. Ф. 1779. Оп. 2. Д. 135. Л. 36.

[11]РГВИА. Ф. 2232. Оп. 4. Д. 55. Л. 86.

[12]ГАРФ. Ф. 1779. Оп. 2. Д. 135. Л. 104.

[13]Там же. Д. 1 б. Л. 74.

[14]РГВИА. Ф. 2126. Оп. 1. Д. 619. Л. 90.

[15]Там же. Ф. 2106. Оп. 1. Д. 1033. Л. 5.

[16]Там же. Ф. 2126. Оп. 1. Д. 619. Л. 147.           

[17]Большевистская периодическая печать. 1900–1917. Библиографический  указатель.       С. 171-172, 194.  

[18]Наш вестник. 1917. № 390.

[19]Армейский голос. 1917 год. № 23.

[20]Голос солдата. 1917 год. № 11, 15, 21. 

[21]Там же. № 83.  

[22]РГВИА. Ф. 2232. Оп. 4. Д. 55. Л. 178.

[23]Солдатская правда. 1917 год. № 49.

[24]Там же. № 50. 

[25]Там же. № 7.

[26]Там же. № 21.  

[27]РГВИА. Ф. 2067. Оп. 3. Д.38. Л.46.

[28]Там же. Л.78.

[29]Там же. Л.83.

[30]Окопная правда.1917. № 21.

[31]Солдатская правда.1917 год. № 53.  

[32]Гордеев Ю.Н. Генерал Деникин. М., 1993. С. 93.  

[33]РГВИА. Ф. 2067. Оп. 3. Д. 38. Л. 88. 

[34]Там же. Ф. 2106. Оп.1. Д. 1033.Л. 9-12.  

[35]Там же. Л. 76.

[36]Там же. Ф. 2003. Оп. 1. Д. 1492. Л. 235.  

[37]Деникин А.И. Очерки русской смуты: крушение власти и армии. Минск, 2003. С. 286.

 

 

 

 



Автор: Д.Г. Гужва | Дата добавления: 2011-06-21 | Просмотров: 1024

Издания ассоциации

От противостояний идеологий к служению идеалам: российское общество в 1914-1945 гг.: Сб. ст. / под ред. М.Ю. Мягкова, К.А. Пахалюка. М., 2016.

Народы Габсбургской монархии в 1914–1920 гг.

"Первая мировая: взгляд из окопа"

Партнеры

Реклама Google